Обойдя дом, Эрик примерился к стене и без особых трудностей взобрался по старой кладке к самому верху. Протиснувшись в щель, он оказался среди сложного переплетения балок, поддерживавших крышу. А больше в здании не было ничего: никаких внутренних перекрытий или перегородок, – стены ограждали единственный просторный зал, почти целиком погруженный во тьму. Лишь по сторонам от входа торчала из стены пара светильников, а напротив, в складных креслах, расположились четыре неподвижные фигуры.

Заинтригованный, Эрик вскинул брови: а если бы я привел с собой Псов? Не страшатся или приняли меры?

Отцепив от пояса крюк, Эрик надежно вонзил его в балку и на тонком тросе заскользил вдоль стены вниз – бесшумно и плавно, будто громадный паук. Достигнув каменного дна, снял с пояса катушку и оставил ее покачиваться на высоте вытянутой руки. Затем неслышно приблизился к креслам сзади.

– Я не опоздал, уважаемые? – осведомился он учтиво.

Как по команде, кресла развернулись, и сквозь прорези забрал на Эрика уставились четыре пары глаз, напрочь лишенных испуга или удивления.

– Не слишком-то вы осторожны, – улыбаясь, заметил Эрик. – Стоило тогда предупреждать меня!..

Так же дружно четверо поднялись из кресел – одинаково рослые, широкие, тяжело груженные металлом и пластиком.

– Все же ты пришел, – глухо возвестил из-за стального щитка голос одного. – Наши поздравления!

Но лица открывать не стал: либо полагал себя слишком известным, либо… Уж не загорец ли он? И голос его звучал странно, словно бы с акцентом, – хотя могло искажать забрало.

– А разве были сомнения? – разыграл удивление Эрик. – Разве я не обещал?